Ученые нашли гены которые помогают объяснить разный эффект препаратов от ожирения
Cовременные препараты от ожирения действуют, имитируя естественные гормоны, которые регулируют аппетит и обмен веществ. Например, семаглутид имитирует гормон GLP-1, а тирзепатид сочетает действие на рецепторы GLP-1 и GIP
МОСКВА, 9 апреля. /Новости науки/. Международная группа исследователей выяснила, что эффективность популярных препаратов от ожирения и риск их побочных эффектов частично зависят от генетики пациента. Анализ данных почти 28 тыс. человек показал, что одни варианты генов связаны с более выраженным снижением веса, а другие — с повышенной вероятностью тошноты и рвоты при приеме лекарств класса GLP-1. Результаты исследования опубликованы в журнале Nature.
«Потеря веса зависит от множества факторов, и генетика — лишь один из них. Однако связь между генами и побочными эффектами оказалась более заметной», — отметил соавтор работы, вице-президент по генетике человека в исследовательском институте 23andMe Адам Отон.
Как поясняют ученые, современные препараты от ожирения действуют, имитируя естественные гормоны, которые регулируют аппетит и обмен веществ. Например, семаглутид имитирует гормон GLP-1, а тирзепатид сочетает действие на рецепторы GLP-1 и GIP. Эти лекарства могут давать очень разный результат: в среднем люди теряют около 10% массы тела, но у одних снижение веса оказывается намного больше, а у других почти отсутствует.
Чтобы понять причины таких различий, исследователи изучили данные пользователей сервиса генетического тестирования 23andMe, которые сообщили, какие препараты для снижения веса они принимали, как долго длилось лечение, сколько килограммов удалось сбросить и какие побочные эффекты возникали. После этого ученые сопоставили эту информацию с сотнями тысяч генетических вариантов в геномах участников.
Оказалось, что носители одного из вариантов гена рецептора GLP-1 в среднем теряли на 0,76 кг больше за медианный срок лечения в восемь месяцев, чем люди без этого варианта. У тех, кто имел две копии такого варианта, дополнительная потеря веса составляла уже около 1,5 кг.
Кроме того, исследователи нашли генетические варианты, связанные с побочными эффектами терапии. Один из вариантов гена рецептора GLP-1 повышал вероятность рвоты на 57%, другой — вероятность тошноты на 36%. У носителей определенного варианта гена рецептора GIP риск рвоты при приеме тирзепатида был на 83% выше, чем у людей без него.
По словам авторов работы, особенно важно то, что найденные варианты расположены именно в генах, напрямую связанных с мишенями этих препаратов. Это делает результаты биологически правдоподобными и помогает лучше понять, почему организм разных людей по-разному реагирует на одну и ту же терапию.
При этом специалисты подчеркивают, что влияние генетики на само снижение веса пока остается умеренным. Поэтому в ближайшее время такие данные вряд ли станут основой для повседневных врачебных назначений. Зато информация о генетически обусловленных побочных эффектах может оказаться более полезной для будущей персонализации лечения.
Авторы также отмечают, что важным преимуществом исследования стали данные самих пациентов о побочных эффектах. Такая информация обычно не попадает в электронные медицинские карты, а значит, редко используется в подобных работах.
Ученые считают, что в будущем такие данные могут помочь точнее подбирать терапию ожирения и заранее понимать, у кого лечение будет переноситься хуже.
«Потеря веса зависит от множества факторов, и генетика — лишь один из них. Однако связь между генами и побочными эффектами оказалась более заметной», — отметил соавтор работы, вице-президент по генетике человека в исследовательском институте 23andMe Адам Отон.
Как поясняют ученые, современные препараты от ожирения действуют, имитируя естественные гормоны, которые регулируют аппетит и обмен веществ. Например, семаглутид имитирует гормон GLP-1, а тирзепатид сочетает действие на рецепторы GLP-1 и GIP. Эти лекарства могут давать очень разный результат: в среднем люди теряют около 10% массы тела, но у одних снижение веса оказывается намного больше, а у других почти отсутствует.
Чтобы понять причины таких различий, исследователи изучили данные пользователей сервиса генетического тестирования 23andMe, которые сообщили, какие препараты для снижения веса они принимали, как долго длилось лечение, сколько килограммов удалось сбросить и какие побочные эффекты возникали. После этого ученые сопоставили эту информацию с сотнями тысяч генетических вариантов в геномах участников.
Оказалось, что носители одного из вариантов гена рецептора GLP-1 в среднем теряли на 0,76 кг больше за медианный срок лечения в восемь месяцев, чем люди без этого варианта. У тех, кто имел две копии такого варианта, дополнительная потеря веса составляла уже около 1,5 кг.
Кроме того, исследователи нашли генетические варианты, связанные с побочными эффектами терапии. Один из вариантов гена рецептора GLP-1 повышал вероятность рвоты на 57%, другой — вероятность тошноты на 36%. У носителей определенного варианта гена рецептора GIP риск рвоты при приеме тирзепатида был на 83% выше, чем у людей без него.
По словам авторов работы, особенно важно то, что найденные варианты расположены именно в генах, напрямую связанных с мишенями этих препаратов. Это делает результаты биологически правдоподобными и помогает лучше понять, почему организм разных людей по-разному реагирует на одну и ту же терапию.
При этом специалисты подчеркивают, что влияние генетики на само снижение веса пока остается умеренным. Поэтому в ближайшее время такие данные вряд ли станут основой для повседневных врачебных назначений. Зато информация о генетически обусловленных побочных эффектах может оказаться более полезной для будущей персонализации лечения.
Авторы также отмечают, что важным преимуществом исследования стали данные самих пациентов о побочных эффектах. Такая информация обычно не попадает в электронные медицинские карты, а значит, редко используется в подобных работах.
Ученые считают, что в будущем такие данные могут помочь точнее подбирать терапию ожирения и заранее понимать, у кого лечение будет переноситься хуже.
