«Одиссея» сохранила сведения о науке и медицине древних греков
За фантастическими приключениями Одиссея скрываются реальные знания о металлургии, мореплавании, лекарственных растениях и устройстве человеческой психики.
Источник: Новости науки.
МОСКВА, 27 июля /Новости науки/. Поэма Гомера «Одиссея» сохранила сведения о знаниях и технологиях древних греков. Научные и археологические аргументы в пользу этого собрал журнал Nature.
Эпос нельзя воспринимать как научный трактат или точную хронику. Однако его детали помогают понять, какими технологиями владели жители Средиземноморья, как они лечили болезни, описывали цвета, ориентировались по небу и представляли устройства, способные действовать без участия человека.
«Чем больше мы ведем раскопки, тем больше получаем подтверждений», — заявила археолог Университета Цинциннати Шэрон Стокер, комментируя совпадения между текстом поэмы и находками в микенском дворце Нестора в Пилосе.
Одно из таких совпадений связано с металлургией. Когда Одиссей и его спутники ослепляют циклопа Полифема, раскаленный кол описывается как клинок, который кузнец погружает в воду для закалки. Такой прием подходит для обработки стали, но не чистого железа или бронзы. По мнению бывшего куратора лондонского Музея науки Майкла Райта, автор этого сравнения, вероятно, видел изготовление инструмента со стальной режущей кромкой.
В Пилосе археологи обнаружили сосуды из бронзы, серебра и золота, а также изображение топора с отверстиями, созданное примерно в 1450 году до нашей эры. Подобные топоры могут объяснить загадочное состязание из «Одиссеи», во время которого герой должен был пустить стрелу через ряд из 12 топоров.
Поэма также свидетельствует о дальних морских путешествиях и торговле. Это согласуется с находкой затонувшего у берегов Турции судна Улубурун XIV века до нашей эры. На 15-метровом корабле перевозили товары и драгоценности из Европы, Африки и Месопотамии. Корабль Одиссея, рассчитанный на 50 гребцов, должен был быть значительно длиннее и уже — такая конструкция обеспечивала высокую скорость.
Исследователи пытаются определить и реальные прообразы описанных Гомером лекарств. Средство непенф, которым Елена Прекрасная прогоняла печаль, могло содержать белену или мандрагору. Эти растения содержат вещества, подавляющие действие нейромедиатора ацетилхолина, и в древности применялись как обезболивающие и анестетики. А защищавшая Одиссея от колдовского зелья трава моли могла быть морским нарциссом — растением с белыми цветами и темной луковицей.
Необычные цвета в поэме тоже не означают, что древние греки хуже различали оттенки. «Винно-темное» море и «пурпурная» радуга отражали другую систему восприятия: цвет связывался не только с оттенком, но также с блеском, фактурой, движением и впечатлением, которое производил предмет.
Некоторые образы выглядят почти современными. Корабли феаков сами находили путь, «знали» города и понимали замыслы людей, не нуждаясь в рулевых. Nature сравнивает их с ранним литературным представлением об автономных судах, управляемых подобием искусственного интеллекта.
В поэме могли сохраниться и астрономические наблюдения. Исследователи сопоставили упомянутые в ней небесные явления с полным солнечным затмением 16 апреля 1178 года до нашей эры. Это остается гипотезой и не доказывает точную дату событий, но показывает, что отдельные эпизоды могли основываться на реальных наблюдениях за небом.
Современные психиатры, в свою очередь, рассматривают возвращение измученного войной Одиссея как одно из ранних литературных описаний боевой травмы. Его встреча с феаками, которые дают герою возможность подробно рассказать о пережитом, напоминает лечение словом: возвращение к обычной жизни начинается после того, как человек получает возможность изложить свою историю.
«Одиссея» складывалась в устной традиции на протяжении нескольких столетий и была записана примерно в VIII веке до нашей эры. Поэтому в ней смешались представления железного века и более древние воспоминания микенской эпохи, уходящие корнями во II тысячелетие до нашей эры.
Эпос нельзя воспринимать как научный трактат или точную хронику. Однако его детали помогают понять, какими технологиями владели жители Средиземноморья, как они лечили болезни, описывали цвета, ориентировались по небу и представляли устройства, способные действовать без участия человека.
«Чем больше мы ведем раскопки, тем больше получаем подтверждений», — заявила археолог Университета Цинциннати Шэрон Стокер, комментируя совпадения между текстом поэмы и находками в микенском дворце Нестора в Пилосе.
Одно из таких совпадений связано с металлургией. Когда Одиссей и его спутники ослепляют циклопа Полифема, раскаленный кол описывается как клинок, который кузнец погружает в воду для закалки. Такой прием подходит для обработки стали, но не чистого железа или бронзы. По мнению бывшего куратора лондонского Музея науки Майкла Райта, автор этого сравнения, вероятно, видел изготовление инструмента со стальной режущей кромкой.
В Пилосе археологи обнаружили сосуды из бронзы, серебра и золота, а также изображение топора с отверстиями, созданное примерно в 1450 году до нашей эры. Подобные топоры могут объяснить загадочное состязание из «Одиссеи», во время которого герой должен был пустить стрелу через ряд из 12 топоров.
Поэма также свидетельствует о дальних морских путешествиях и торговле. Это согласуется с находкой затонувшего у берегов Турции судна Улубурун XIV века до нашей эры. На 15-метровом корабле перевозили товары и драгоценности из Европы, Африки и Месопотамии. Корабль Одиссея, рассчитанный на 50 гребцов, должен был быть значительно длиннее и уже — такая конструкция обеспечивала высокую скорость.
Исследователи пытаются определить и реальные прообразы описанных Гомером лекарств. Средство непенф, которым Елена Прекрасная прогоняла печаль, могло содержать белену или мандрагору. Эти растения содержат вещества, подавляющие действие нейромедиатора ацетилхолина, и в древности применялись как обезболивающие и анестетики. А защищавшая Одиссея от колдовского зелья трава моли могла быть морским нарциссом — растением с белыми цветами и темной луковицей.
Необычные цвета в поэме тоже не означают, что древние греки хуже различали оттенки. «Винно-темное» море и «пурпурная» радуга отражали другую систему восприятия: цвет связывался не только с оттенком, но также с блеском, фактурой, движением и впечатлением, которое производил предмет.
Некоторые образы выглядят почти современными. Корабли феаков сами находили путь, «знали» города и понимали замыслы людей, не нуждаясь в рулевых. Nature сравнивает их с ранним литературным представлением об автономных судах, управляемых подобием искусственного интеллекта.
В поэме могли сохраниться и астрономические наблюдения. Исследователи сопоставили упомянутые в ней небесные явления с полным солнечным затмением 16 апреля 1178 года до нашей эры. Это остается гипотезой и не доказывает точную дату событий, но показывает, что отдельные эпизоды могли основываться на реальных наблюдениях за небом.
Современные психиатры, в свою очередь, рассматривают возвращение измученного войной Одиссея как одно из ранних литературных описаний боевой травмы. Его встреча с феаками, которые дают герою возможность подробно рассказать о пережитом, напоминает лечение словом: возвращение к обычной жизни начинается после того, как человек получает возможность изложить свою историю.
«Одиссея» складывалась в устной традиции на протяжении нескольких столетий и была записана примерно в VIII веке до нашей эры. Поэтому в ней смешались представления железного века и более древние воспоминания микенской эпохи, уходящие корнями во II тысячелетие до нашей эры.
